Читая учебник вы познакомились с изображением некоторых египетских

Бессмертная любовь :: Частный Корреспондент

Читая учебник вы познакомились с изображениями некоторых египетских иероглифов. Подумайте и соотнесите изображения. Практикуясь в написании иероглифов, вы облегчите процесс их запоминания . изображение Однако в отношении некоторых иероглифов даже основательное знание египетской культуры не помогает увидеть. В платоновских «Диалогах» учение египетских жрецов возводится к религии бога Птаха и официальной резиденцией некоторых египетских владык. спросил Солон. «Все вы юны умом, — ответил тот, — ибо умы ваши не Он рисовал пирамиды, храмы, статуи и изображения богов, он рисовал во.

Он существовал в холоде и безжизненной темноте наверняка не меньше, чем мемфисский Нун или Нун города Гермополя, но и его величавое одиночество в конце концов было грубо нарушено: Атум так поспешил со своим появлением, что ему даже некуда было поставить ногу среди бескрайней воды, тщетно искал он клочок суши, куда можно было бы ступить. Но Атум недолго пребывал в растерянности: Итак, твердь появилась, начало творению мира было положено.

Несмотря на столь оригинальный способ деторождения, Шу и Тефнут вышли настолько пригожими, что даже угрюмый старик Нун при виде них в умилении воскликнул: Безутешный отец-Атум вырвал свое огненное Око и послал его на поиски детей, одновременно и позаботившись о розыске малюток, и наказав себя за беспечность. Некоторые говорят, что первым Оком Атума было Солнце, а вторым — Луна, но не все с этим согласны: Тем временем первое Око Атума упорно блуждало в поисках детей, пробивая мрак своим ослепительным сиянием, пока наконец не нашло божественных шалунов.

При виде вновь обретенных детей бог Атум заплакал от радости — его слезы упали на Холм Бен-Бен и превратились в людей. Но старое Око Атума было вовсе не радо: Я, не жалея времени и сил, ищу твоих пропавших детей, о нерадивый отец-одиночка, и так-то ты меня благодаришь?! Взамен меня ты уже завел себе другое Око! Может, тебе проще было бы завести и новых детей взамен пропавших, вместо того чтобы посылать меня на их поиски?!

Атум не мог не признать справедливости этих упреков, однако быстро нашел, чем утешить разгневанное Око: Такая награда вполне устроила верное Око Атума, с тех пор подобное Око носили в коронах все фараоны, унаследовавшие свою власть от богов. Око фараонов имело вид кобры и называлось уреем; говорили даже, что когда к фараону приближались враги, урей испускал лучи, испепелявшие злодеев на месте, точно так же, как Око Атума испепеляло святотатцев, осмелившихся посягнуть на священную особу бога… …Шло время, выросшие Шу и Тефнут поженились, и у них родились близнецы: Эти двое так сильно любили друг друга, что родились крепко обнявшимися, а когда выросли, то, по примеру своих родителей, сделались мужем и женой.

Очень долго Геб и Нут жили дружно и счастливо, но потом семейная идиллия супругов была нарушена из-за одной странной привычки Нут: Заметив это, Геб закатил супруге скандал: Однако Нут вовсе не собиралась отказываться от своей звездной диеты; ссора божественных супругов бушевала все сильнее и сильнее… пока не привлекла внимание папаши Шу. Шу утихомирил супружеский скандал своих детей решительно, незамысловато и грубо: Геба он оставил в горизонтальном положении внизу, а Нут поднял высоко вверх, так что она могла касаться супруга лишь кончиками пальцев рук и ног, дугой выгибаясь над.

Михаил Хлюстов о "Капитале" Маркса, выпуск 3

Но все же Нут ухитрилась даже после развода родить от Геба богов Осириса, Харвера, Сета, Исиду и Нефтиду, которые вместе со своими родителями и прародителями вошли в Великую Эннеаду, а потом… Да-да, правильно — а потом на Изначальном Холме Бен-Бене был построен главный храм Гелиополя — храм Ра-Атума, а также сам город Гелиополь, Иуну, центр мироздания, пуп всей Земли! Если кто-то решил, что теперь он наконец знает, где большинство древних египтян помещали то, что эллины называли омфалом [4]— он явно заблуждается.

Потому что у Фив, великих Стовратных Египетских Фив, существовала своя версия о том, что и как происходило на заре времен. Стовратные Фивы были известны уже с середины III тысячелетия до н. Фивы египетское название города — Уасет оставались столицей Египта в периоды Среднего и Нового царства и, как столица, не могли не выдвинуть своего варианта космогонии.

Фиванская космогония, как вы сейчас увидите, отличалась от Гелиопольской и Гермопольской простотой, краткостью и определенностью.

Фиванские жрецы считали, что… Все начиналось именно так! Фиванская космогония Амон, Владыка Земли, создал сам себя, выделившись из начальных вод, а потом из самого себя Амон сотворил все сущее: Согласно этой птолемеевской концепции, в начале мира существовал змей Кем-атеф ипостась Амонавероятно, очень долговечный и живучий, но все-таки не бессмертный. Умирая, змей завещал своему сыну Ир-та создать Великую Восьмерку богов.

Ир-та выполнил волю отца — и новорожденная Восьмерка немедля отправилась в путь к низовьям Нила, в Гермополь, где породила великого Бога Солнца Амона-Ра [5]. Потом Восьмерка построила Мемфис и Гелиополь видимо, только для того, чтобы было где родить богов Птаха и Атумапосле чего восемь богов с сознанием выполненного долга вернулись в Фивы и там скончались. Богов похоронили в Мединет-Абу, в храме отца их создателя Кематефа, и учредили там культ умерших.

Таким образом, не только Гермополь, Мемфис и Гелиополь объявлялись более молодыми городами, чем Фивы судя по тому, что Восьмерка после выполнения своей миссии вернулась в Фивы, Фивы были изначальной резиденцией змея Кем-атефа и его сынано и сами боги Огдоады. Похоже, этих богов и создали-то лишь для того, чтобы они могли породить Бога Солнца Амона и — попутно — Птаха и Атума! Именно Амон-Pa стал главнейшим богом Фив, ему там поклонялись в облике барана, центром поклонения этому божеству был великолепный Карнакский храм.

Амон-Ра, его жена богиня Мут и их сын Хонсу, лунное божество, составляли Фиванскую Триаду богов… Но помимо Амона-Ра, Мут, Хонсу, Птаха, Атума, Геба, Шу и Нут в Египте во все времена было множество самых разных божеств, а еще больше было историй об этих божествах, когда-то не считавших зазорным ходить по земле рядом с созданными ими людьми.

Протагор Бегство Тефнут в пустыню Тефнут, богиня дождя, была любимой дочерью Бога Солнца Ра и помогала ему поддерживать мировой порядок. Но однажды, когда Тефнут была еще очень молода, она поссорилась с отцом и убежала далеко на юг, в Нубийскую пустыню. Лишившись дочери, Ра был безутешен, но еще хуже пришлось смертным обитателям Египта: Посевы не могли взойти на лишенной влаги земле, люди гибли от жажды и голода, а рядом с ними гибли обессиленные звери и птицы.

Тогда великий Ра призвал к себе сына, бога ветра Шу, и сказал ему: Шу, который и сам тосковал по сестре, не заставил просить себя дважды. В облике льва он немедленно отправился в Нубию и вскоре отыскал Тефнут: Но как ни уговаривал Шу сестру вернуться в Египет, как ни пытался разжалобить ее рассказами о бедствиях, обрушившихся на страну в ее отсутствие, разгневанная Тефнут даже слушать его не пожелала.

Нарычав на брата, дикая кошка вернулась к прерванной охоте, а Шу ни с чем явился к отцу и рассказал ему, что Тефнут ни за что не желает покидать Нубийскую пустыню.

Book: Древний Египет. Храмы, гробницы, иероглифы

А надо сказать, что эллины недаром отождествляли Тота со своим пронырливым богом Гермесом — Тот был настолько же разносторонен в своих талантах, как и Гермес Трисмегист — Трижды Величайший. Тота почитали как бога Луны и мудрости, как изобретателя письменности, геометрии, астрономии и календаря, как покровителя магии и медицины. Подобно Гермесу, Тот сопровождал души умерших в потусторонний мир и выполнял различные поручения других богов… И сейчас этот бог со всем рвением взялся выполнять поручение Ра.

Тот превратился в маленького смешного павиана и легко отыскал Тефнут, по-прежнему забавлявшуюся охотой в самом центре Нубийской пустыни. Почтительно поздоровавшись с богиней, Тот льстивым голосом стал убеждать ее вернуться: Однако лесть Тота не подействовала на Тефнут, и пустыня задрожала от грозного рыка дикой кошки: Как ты смеешь указывать мне, могущественной богине, что я должна делать?! За такую наглость я разорву тебя на клочки, и даже мой отец Ра не сможет собрать их воедино и снова вдохнуть в тебя жизнь!

Тефнут, успевшая соскучиться в одиночестве, захотела послушать сказку и прорычала: Коршун поклялся никогда не нападать на котят кошки, а та в ответ пообещала не причинять зла его маленьким птенцам. Какое-то время оба союзника честно выполняли условия договора, но потом случилось так, что коршун ничего не добыл на охоте; тогда он отнял кусок мяса у котенка и отнес мясо своему птенцу.

Однако в последний миг кошка вспомнила о клятве не причинять зла птенцам коршуна, устыдившись, разжала когти… Но как только она это сделала, птенец в страхе выпрыгнул из гнезда и разбился насмерть. Коршун вернулся с охоты, увидел у подножия дерева мертвого сына, в ярости напал на котят и скормил их своим коршунятам. Тогда кошка в отчаянии воззвала к Богу Ра, умоляя его покарать убийцу, и Ра услышал мольбу кошки. Он призвал к себе бога Возмездия и велел ему примерно наказать клятвопреступника!

Бог Возмездия оказался скор на расправу: От горящих угольков гнездо коршуна вспыхнуло, и все его птенцы погибли в пламени… Теперь ты видишь, о великая Тефнут, как карает твой отец тех, кто стремится пролить кровь своего ближнего? К тому же — с каких это пор уродливая обезьяна, вроде тебя, смеет называться моим ближним?

Но все же ты развлек меня забавной сказкой, маленький павиан, и, так и быть, я не обижу тебя! Даю тебе в этом клятву! Павиан-Тот чуть заметно улыбнулся, радуясь первому успеху, и сразу принялся его развивать: Она уже собиралась сказать, что немедленно возвращается домой… Но вдруг опомнилась и взревела от ярости.

Ни отец, ни брат не смогли уговорить ее вернуться, а какой-то ничтожный маленький павиан чуть было не заставил ее переменить свое решение?! Сейчас она покажет этому проныре, на что способны когти и зубы грозной Тефнут! Сейчас… Но тут богиня вспомнила, что не может сделать.

  • Book: Легенды и мифы Древнего Востока
  • ОГЛАВЛЕНИЕ
  • Египетские иероглифы: «алфавитные» знаки

Да, она немедленно разорвала бы павиана в клочья, если бы только что не дала клятву не причинять вреда маленькому хитрецу! Увы, как она могла быть настолько опрометчивой, почему она не следила как следует за своим языком?! Тефнут в ярости ревела, вздыбив шерсть и взрывая когтями песок, а Тот, хотя вновь притворился до смерти напуганным, продолжал болтать как заведенный.

Он рассказывал Тефнут сказку за сказкой, историю за историей — до тех пор, пока та наконец не засмеялась, побежденная красноречием пройдохи. И Тефнут с Тотом двинулись в обратный путь. Вся египетская земля ликовала, Нил снова наполнился животворной влагой, буйно зазеленели его берега. Люди встречали богиню радостными песнями и плясками, били в бубны, звенели систрами, распевали приветственные песни.

В жертву Тефнут приносили гусей и газелей, ее возвращение отмечали реками вина и пива, ей подносили цветы и ветви финиковых пальм… Рыдающий от счастья Ра обнял свою дочь и устроил в ее честь роскошный пир, на котором одно из самых почетных мест по праву занял бог Тот, сбросивший шкуру маленького смешного павиана. С тех пор каждый год по окончании сезона засухи люди Египта праздновали возвращение Тефнут — так же, как эллины праздновали весной возвращение на землю Персефоны из Аида, финикийцы — воскрешение Адониса, а шумеры — возвращение из подземного царства бога-пастуха Думмузи.

Времена года Бог Тот, первый египетский изобретатель, в придачу ко многим другим своим хитроумным выдумкам изобрел и времена года. Каждый из времен года Тот поделил на четверти — в результате получилось 12 месяцев, по 30 дней в каждом. Все были довольны установленным Тотом порядком, все, кроме богини Нут. Дело в том, что после ее развода с супругом она все-таки ухитрялась сожительствовать с Гебом по ночам. Узнав об этом, ее отец Шу страшно разгневался, а ее дедушка Ра наложил на внучку проклятье: Богине неба очень хотелось иметь детей, и она поняла, что только создатель времен года, мудрый Тот, сможет помочь ее беде.

Нут до тех пор рыдала, заливая Тота сверху потоками слез, пока он не пообещал что-нибудь придумать. Пообещать легко — но как обойти проклятие Ра? Однако Тот быстро составил план действий, прихватил недавно изобретенную им игру сенет и полетел в гости к Луне.

Он сделал вид, что просто случайно пролетал мимо и решил заглянуть к Луне, чтобы с ней поболтать. Скучавшая в одиночестве Луна очень обрадовалась гостю, а Тот, обменявшись с хозяйкой приветствиями, предложил ей сыграть в сенет — это было что-то вроде современных шашек, но похитрее. У тебя ведь полным-полно времени! Даже если ты проиграешь, от такой малости лунный год почти не убудет, а если проиграю я, то расскажу тебе интересную сказку!

У меня этого добра тоже пруд пруди! Само собой, Луна вчистую проигралась опытному игроку Тоту, и окончательный выигрыш Тота составил ровно 5 дней. Хитроумный Тот прекрасно понимал, что Ра не будет проклинать дни, посвященные ему самому. Что ж, Бога Солнца обошли по всем статьям, и Ра ничего другого не оставалось, как позволить Нут родить по ребенку в каждый из пяти посвященных ему дней. Нут с радостью воспользовалась любезным разрешением деда и родила Осириса, Харвера, Сета, Исиду и Нефтиду.

Борьба Ра с исчадиями мрака Наверное, еще ни одному верховному богу, как бы силен он ни был, не удавалось править миром спокойно, без смут и войн. Так, эллинскому громовержцу Зевсу пришлось воевать с чудовищным стоглавым Тифоном и гигантами, финикийскому богу Баалу — сразиться с богом морской стихии Йаму и с властителем подземного мира Мотом… Египетский Ра отнюдь не был исключением из этого правила.

Не так уж много времени прошло после его воцарения на небесном престоле, как ему пришлось вступить в бой со змеем Апопом, который задумал свергнуть и уничтожить солнечного владыку. Ра бился с Апопом целый день, только к закату тяжело раненный Апоп отступил, нырнул в реку и уплыл в подземное царство Дуат залечивать полученные в потасовке с Ра ожоги и раны. После Апопа на власть Бога Солнца посягнул огромный крокодил Магу. Этому бунтовщику тоже не повезло, Ра пронзил его копьем… Однако пример Апопа и Магу не отпугнул других исчадий мрака.

Вслед за Апопом и Магу на землю Египта хлынули бесчисленные орды чудовищ, в суматохе сотворения мира выбравшихся из Первозданного Океана Нуна. Орда за ордой порождения тьмы накатывались на Египет в облике гиппопотамов, крокодилов и других малосимпатичных животных.

Читая учебник вы познакомились с изображениями некоторых египетских иероглифов

Не только Ра, но и остальные боги чуть ли не каждый месяц вынуждены были сражаться с новыми полчищами злобных бестий. Но Роберт Росс, его самый преданный друг, говорит о неистребимой уайльдовской искусственности.

Я всегда думаю о себе и от других жду того. Итак, летом го Уайльд знакомится с Бози. И с ноября го по декабрь го, когда в их отношениях возникла трёхмесячная пауза, жизни Уайльда и Дугласа становятся неразделимы.

Да, Бози был падок на молодых людей, которые отдавались за несколько фунтов и хороший обед. И он вводит Уайльда в их мир. Но тут между ним и Уайльдом начинается своего рода состязание. Через введённого Дугласом в его кружок Мориса Швабе, племянника заместителя генерального прокурора, Уайльд знакомится с Альфредом Тейлором, выпускником престижной частной школы в Мальборо. Тейлор в свою очередь сводит Уайльда с несколькими юношами, среди которых выделялся Сидни Мейвор.

Он будет встречаться с Мейвором в течение последующих полутора лет. В том же октябре го Швабе знакомит Уайльда с Фредди Аткинсом и. Уайльд хорошо платит этим юношам, дарит им портсигары и дорогие вещицы; он славится среди них щедростью и добродушием, которыми они, разумеется, беззастенчиво злоупотребляют. В году Уайльд практически уходит из семьи и заводит обыкновение снимать номера в отелях — якобы для работы, на самом деле для развлечений. Чем больше Уайльд искал общества молодых людей, лишённых сантиментов, тем тщательнее поддерживал на публике видимость бескорыстной преданности Дугласу.

Думаю, если на первых порах Уайльд был действительно в него влюблён, то в дальнейшем он просто его использовал — Бози исправно поставлял ему мальчиков. Деньги были единственным, что формально скрепляло их союз.

Но Бози был не только красив, но вдобавок крайне безответствен и неуправляем. Нрав у него был бешеный. И довольно быстро Уайльд начинает пытаться от него избавиться. Последовала целая серия скандальных разрывов и примирений. Можно написать целую книгу, пытаясь ответить на вопрос, что заставило Уайльда совершить столь опрометчивый шаг и подать на Куинсберри в суд. Влияние Бози на поступки Уайльда всегда было минимальным, если вообще.

Он делал только то, что. Незадолго до трагического финала, встретившись с Андре Жидом, Уайльд жалуется ему, что Куинсберри не даёт ему житья. Друзья советуют мне быть благоразумным! Разве это для меня мыслимо?

Читая учебник вы познакомились с изображениями некоторых египетских иероглифов. Подумайте и

Я знал, что будет катастрофа того или иного рода… Этим должно было кончиться. Нас подсознательно манит то, чего страшится наше сознание. Бездумное и не слишком тайное распутство, которому Уайльд предавался совместно с безудержным Дугласом, включало в себя немалое количество молодых людей; зачастую Уайльд пользовался ими после Дугласа как объедками с его стола.

Итак, Уайльд предстаёт перед судом. Имя Бози практически не фигурирует на процессе — это не выгодно ни лорду Куинсберри, ни самому Уайльду новая статья — развращение. И Уайльд произносит в суде речь: Это всё та же глубокая духовная страсть, отличающаяся чистотой и совершенством… Именно она, эта любовь, привела меня туда, где я нахожусь. Она светла, она прекрасна, благородством своим она превосходит все иные формы человеческой привязанности… Она интеллектуальна, и раз за разом она вспыхивает между старшим и младшим мужчинами, из которых старший обладает развитым умом, а младший переполнен радостью, ожиданием и волшебством лежащей впереди жизни.

Так и должно быть, но мир этого не понимает. Его речь о любви… была прекрасна и захватила весь зал; после неё раздался буквально шквал аплодисментов… Я уверен, он не знал ещё такого триумфа Письма Уайльда из тюрьмы просто образец любовной лирики: Его присутствие погружает меня в тень.

Письмом этим заверяю тебя в моей бессмертной, вечной любви к. Завтра всё будет кончено. Если мне суждена тюрьма и бесчестье, подумай о том, что моя любовь к тебе и ещё более блаженное, божественное ощущение твоей ответной любви поддержат меня в моём несчастье и, надеюсь, сделают меня способным терпеливо снести все невзгоды… Те, кто не знает, что такое любовь, напишут, конечно… что я дурно на тебя влиял. Если они это сделают, ты должен будешь возвысить голос, ты должен будешь написать, что это не.

Наша любовь всегда была и прекрасна, и благородна, и если я оказался средоточием ужасной трагедии, это произошло потому, что природа нашей любви не была понята Много лет спустя Бози напишет в автобиографии: Дуглас уезжает в эмиграцию, сначала во Францию, потом в Италию… Писать о страданиях Уайльда в тюрьме я не. Безусловно, их можно подвергнуть критической проверке в том числе и знаменитый эпизод на железнодорожной платформе в Клапамено заниматься подобным анализом было бы низко.

Конечно, в этом виноват и сам Бози, пытавшийся использовать сочувствие публики к судьбе Уайльда для собственного возвеличивания. Наступает очередь Альфреда Дугласа испытать смятение и шок. Очерк, которым он так гордился, начинался цитатой из письма Уайльда: Дело тут, как мне кажется, было не только в обиде на эгоизм и бестактность Бози.

И даже не в заботе Уайльда о собственной репутации, как считает Ричард Эллман, — терять уже ему было нечего. Просто Уайльд, всю жизнь занимавшийся возвеличиванием самого себя, понял: А этого он вынести не. На пьедестале должен стоять только он, и никого. О своём отчуждении от Дугласа Уайльд с горячностью говорит Констанс, получившей разрешение на свидание с мужем.

Дугласаон убил бы его на месте. Так что этому человеку следовало бы держаться в стороне — довольно того, что он испортил прекрасную жизнь. Роберт Росс сообщает ему, что Бози собирается выпустить сборник своих стихотворений и намерен посвятить эту книгу Уайльду. Предсмертные часы Оскара Уайльда восстановил ведущий французский модельер и дизайнер Жан-Шарль де Кастельбажак. По случаю перформанса, вдохновлённого чтимым писателем, Кастельбажак надел галстук и костюм, хотя обычно он носит свитера.